Книга: Мрны (Крупская Дина); Аквилегия-М, 2015

Спасибо большое Дине за такое замечательное произведение. я хоть уже вышла из среднего школьного возраста, но с удовольствием прочитала эту книгу, очень захватывающие приключения. Очень добрая, позитивная книга, которая учит не отчаиваться даже в самых сложных ситуациях. с большим удовольствием сейчас эту книгу читает моя племянница, ей 11 лет - ей очень нравится. Всем советую для семейного прочтения!!!

0    0

Дина Крупская - очень уважаемый человек в литературе! Прекрасный переводчик, прекрасный редактор прекрасного журнала "Кукумбер", прекрасный поэт. С огромным предвкушением жду прочитать новую книжку. Уверена - она не разочарует!!!!

0    0

"Говорят, кошки привязаны к месту, а не к человеку. И человек для них – всего лишь средство для открывания холодильника. Еще грелка, спать на нем удобно. И все же…
Это история написана от лица (или от морды? Нет, все же лица. Или лиц?)… Короче, история написана котами, поэтому может показаться кому-то странной. Сами понимаете, людей они видят по-своему. Кошки все же другая раса. Многие и вовсе считают их пришельцами из параллельных миров или с других планет, и эти суждения не беспочвенны… Багира. Бастет. Муфта. (Ничего странного, моей третьей хозяйке не хватало живого тепла, и она грела об меня руки. Потом у нее завелся кавалер и купил ей шубу. А меня вернули – я из ревности начала драть обои). Дуська… (И не просите комментировать. Старушка была почти слепа, иначе разглядела бы меня получше, прежде чем называть). Все это мои жизни, которых, если верить писателям и всезнайкам, должно быть девять и ни одной больше. Чушь собачья, некоторые и одной обходятся, если повезет. Мы – нет.
Мы - это те, кто родился в подвале или попал на улицу за дурной нрав или по воле дурных людей, но не сгинул в первые же недели, а попал в приют.
Каждый новый дом - это новые отношения с людьми. Какой стороной ты к ним повернулась, такое получишь имя. У меня много имен, потому что во мне много разных сущностей. То одна, то другая по очереди выходят на поверхность и проявляют себя. В одной семье ты - храбрая и воинственная хранительница очага, в другой - добродушный домовой, в третьей - принцесса-капризуля. Что это, как не новая жизнь?
Почему я об этом думаю? Да потому что сейчас как раз такой момент, смена хозяев – я это усами чую".

"- Маша, а как попала к вам эта замечательная кошка, которая нас познакомила?
- Ох, Виктор, ее история печальна, но очень банальна. Одна добрая душа подобрала крошечного котенка у подъезда. А потом эта добрая душа собралась ехать с семьей за границу. Кошку брать их отговорили: мол, они не выносят смены климата, погибают. Да и хлопотно – для провоза животного на самолете нужно получить справку от ветеринара. И хозяйка отдала ее в наш приют. За что ей спасибо: могла бы просто на улице оставить.
Да, это про меня. Первое, что я помню из своей жизни - как вылезла из подвального окна на улицу искать маму: она очень давно ушла за едой и не вернулась. Так и не знаю о судьбе моей сестры и двух братьев. Стараюсь об этом не думать: остаться ночью в полном крыс подвале без взрослого – почти верная смерть. Но пусть это будет в прошлом. Забыть!"

"Я глубоко проваливаюсь в сны, так глубоко, что появляюсь оттуда не сразу, а по частям. Поводил ушами, потом зевнул, лизнул пару раз лапу, открыл глаза - и не понял. Где это я?
Холодная изба, Виктор с Машей спят. Серое утро в мутных окнах. Да, в комнате много окон – три! Между рам паучьи сети, полные высохших мух. Сильные запахи. Пахло очень многим. Старым деревом, глубоко впитавшим дождь и туман. Дымом от сгоревшей газеты, который вчера не смог найти выход и впитался в стены. Походными вещами из рюкзаков: они живут палаточной жизнью и навсегда пропитываются запахом костра. Еще пахло гнилым сеном – об этом рассказал сквозняк с чердака, когда я вышел в сени. Это называется сени – прихожая с лестницей, ведущей на чердак.
Еще я знаю, чем не пахло. Не пахло здесь людьми. Точно. Больше года сюда не ступала нога человека. Во всем доме - ни одной вещи. Ни старой кастрюли, ни табуретки, ни стоптанных тапочек или резиновых сапог. Уличная обувь всегда дожидается хозяев на дачах. Этот дом был совершенно голым. Ничейным. Брошенным.
В центре стояла печь. Нет, не так, не просто стояла. Она жила. Она была единственным живым предметом. Она постанывала. Кряхтела. Ворчала. В ней происходило много внутренних движений. Это призраки огня и дыма рвались вверх по закопченному дымоходу. Они хотели танцевать и лететь, и ясно просили об этом. Печке было муторно. Она как будто не могла выдохнуть накопившуюся тяжесть, не могла продышаться.
В дверь стукнули и сразу вошли, не дожидаясь приглашения.
В проеме стоял очень пыльный, очень веселый и краснолицый старик. Он притащил целое облако крепких запахов: меда, травяного чая, свежего сена, навоза, яичницы... Он еще много чем пах. Собаками. Другими животными, каких я не нюхал. "

"Дом обступали луга, но лежали не ровно, а всходили, как тесто для пирогов, будто снизу их что-то толкает. Солнце только-только поднялось над холмами, и каждая травинка заблестела росой. Даже на паутинах рядком дрожали капли, в каждой торчало крошечное солнце. Я лизнула – вкусно!
Вдруг на меня напрыгнул кузнечик, пружинно оттолкнулся от макушки и вцепился в стебель дикого укропа. С растопыренного укропного зонтика упала россыпь мелких брызг. Апчхи!
Внутри меня клокотала неуправляемая радость. Меня вдруг словно подбросило, и я стала носиться по этой сырой, холодной траве, сбивая росу и дремлющую мелкую живность. Травяной народ всполошился, зажужжал, затрепетал крыльями – проснулся. Пчелы, стрекозы, оводы, мотыльки, бабочки, какие-то полупрозрачные зеленоватые летуны и красные жуки-пожарники – все разом обнаружило себя и возмущенно зазвучало.
- Ёшка!
Окно дома было распахнуто. Маша с тряпкой в руке хохотала, глядя, как я дуркую.
- Не потеряйся, девочка.
Я? Я не потеряйся? Кошки не теряются".

"Но эти, живые - шерстяные и блохастые. И бегают так, что даже уследить невозможно, не то что догнать. Пока ты переминаешь задними ногами, чтобы совершить красивейший в мире прыжок - прыжок-чемпион среди полуперсидских рыжих котов по имени Лев - она уже вокруг тебя три раза обежала, собрала в корзину пару килограмм продуктов и спокойно вышла в щель под дверью. Насвистывая мотивчик. Сделав тебе ручкой. Обещая вскорости снова наведаться.
Простите, кажется, я сплю.
У нас ведь, кошек, очень тонкая граница между сном и явью, и порой не замечаешь, когда и в какую сторону ты ее пересек.
Между прочим, Ёшка виновата, что мыши завелись. Это она с улицы притащила. Поймала в лугах и гордая принесла хозяевам".

0    0