Книга: Сущник (Михаил Сизов); РИПОЛ классик Группа Компаний ООО, 2022

Разместите, пожалуйста, обложку книги - она частично передает дух романа. Главный герой, конечно, не столь одинок, как на обложке. Там много живых персонажей, и сюжет закручен, с неожиданными поворотами, опять же война, расследование убийства - герою некогда рефлексировать. Книга умная и живая, со временем ее можно будет перечитывать и видеть новое.

0    0

По-моему, ничего похожего в литературе еще не было. Михаил Сизов написал потрясающий философский роман.
Полет немыслимой фантазии в сочетании с полетом научной мысли, плюс серия умопомрачительных приключений, плюс череда мистических озарений, плюс пронзительная любовная история, плюс мотивация глобальных исторических поворотов, словно века Средневековья для автора «Сущника» на расстоянии вытянутой руки. И главное – уверенная надежда на торжество Любви как «совокупности совершенств» (сегодня этого очень не хватает). Как все это сложилось в один текст? Непонятно. Роман написан строгим – порой до аскетизма – языком, тем неожиданней вдруг стихи – тонкая авторская стилизация присущей описываемой эпохе версификации. Будто, карабкаясь по ветряным скалам, натыкаешься на островок благоухающих цветов. Так еще никто не писал, я уверена. --Светлана В.

0    0

Я, признаюсь, не такой уж страстный поклонник научно-фантастического жанра. И когда читаю такие произведения, больше внимания обращаю на человеческое в них, а не космические реалии или технические идеи... И к моему вящему удовлетворению именно этого - «человеческого» - в романе Михаила Сизова присутствует в достатке. Многие годы, как мне кажется, в отечественной научной фантастике у нас существовало подражание Стругацким, но в своих интеллектуальных фантастических произведениях они охватили так много сфер, что, казалось, мало что нового удается их последователям затронуть. Власть и общество, горизонты науки и опасности прогресса... А сферы, до которых не добрались в силу ограниченности человеческой жизни и кругозора шестидесятников, продолжали такие фантасты, как Успенский...
Но вот чего не было (или, по крайней мере, я не знаю), так это попыток привнести в обширный раздел литературы по разделу фантастики не абстрактно-духовное, а конкретно-историческое православное содержание, даже больше скажу - попытаться пропитать текст православным духом. Это очень непросто, если автор пишет «извне», сам не находясь внутри православного мира, но лишь черпая познания о нем из словарей и Википедии - фальшь будет налицо. И хотя у Михаила есть и интересные исторические аллюзии в тексте, и детективная линия, все же лично мне интересно именно это - как автор встраивает в книгу этот самый консервативный «православный дух». Здесь и епископ Игнатий, и Пасха, и какие-то реалии православного мира, с которыми поклонники жанра, возможно, вообще столкнутся впервые. Например, ковчег с названием Патмос - и если молодой человек пытается глубоко вникнуть в текст, он набьет это слово в поисковике и обнаружит, что хотя в романе это название ковчега, в истории христианства это название острова, на котором свое Откровение писал апостол Иоанн. И кто такой Евсевий - узнает. И почему у Уриила Петровича такое странное имя, тоже - и поймет, намек на кого тут.
Не думаю, что книга Михаила Сизова - попытка «воцерковить» литературу такого рода. Это невозможно, да и не нужно. Потому что, по большому счету, не существует православной литературы, а есть тексты, написанные православным человеком. И очевидно, что такие тексты могут и должны быть абсолютно в любом жанре, кроме скучного.
Конечно, есть вещи, к которым я так и не смог привыкнуть. В реалиях межзвездной станции, среди массы неологизмов, автор использует, например, слово «горница». Коннотация этого слова в моем мозгу совершенно иная. И тут риск автора, на который, судя по всему, он сознательно пошел. Что ж, совмещать несовместимое, кажется, одна из задач жанра.

0    0