Я буду жить до старости до славы... (Борис Корнилов); Азбука, 2011

Сказал «а», говори и «б». Вполне, думается, логично, что вслед за книгой, посвященной Ольге Берггольц (речь о «Запретном дневнике»), последовало продолжение, главным героем которого стал первый супруг «Блокадной музы» поэт Борис Корнилов. То же издательство, те же составители, то же оформление, та же в целом структура, те же огрехи. Но результат несколько иной.
Начнем с того, что подборка стихов практически полностью повторяет содержание книги «Песня о встречном», выпущенной все той же «Азбукой» в 2011 году (похожая картина была и в случае со сборником Берггольц «Память», во всяком случае, что касаемо его поэтической части). Общее представление о поэте Борисе Корнилове как о достойном преемнике Эдуарда Багрицкого она составить поможет. Но из многочисленных его поэм в сборнике представлена лишь одна – «Триполье». Нет ни «Моей Африки», ни «Начала земли», что уж говорить о таких одиозных произведениях как «Последний день Кирова» или «Агент уголовного розыска» (вряд ли мы в скором времени дождемся их переиздания, если, конечно, вообще дождемся). Понимаю, что книга не резиновая, но 30-40 страниц под это дело вполне можно было бы и выкроить.
«Оксюморонное» эссе Никиты Елисеева (многоуважаемый критик договорился до того, что обозвал отца Ольги Фёдоровны Берггольц Фридрихом, которому «октябрьский переворот ничего, кроме горя и разорения, не принес»), переписка родственников Корнилова между собой и материалы его следственного дела из архива ФСБ определенно какие-то штрихи к портрету поэта добавят. Но куда больше можно почерпнуть из дневника Ляли Берггольц 1928-1930 годов. Причем не только (и даже не столько) о Борисе Корнилове, сколько о ней самой, дерзкой 18-20-летней мятущейся особе, еще не ведающей о том, что даже личный дневник способен обернуться оружием против тебя, и потому опрометчиво доверяющей бумаге свои самые сокровенные мысли. Повзрослев, Ольга Берггольц подобной ошибки уже не допустит и будет мысленно пропускать едва ли не каждое свое слово сквозь призму извращенного сознания потенциальных соглядатаев – как-то они посмотрят на это? Говоря современным языком, получается своего рода приквел «Ольга. Запретный дневник: Начало». А дальше, очевидно, последуют сиквелы.

0    0