Книга: Венерин волос (Шишкин Михаил Павлович); Редакция Елены Шубиной, 2017

На самом деле я колебалась перед тем как определить понравился мне роман или нет. Честно говоря, и впечатление осталось двойственное. Я довольно подготовленный читатель, но иногда буквально захлебывалась в "потоке сознания". В аннотации написано , что все истории сливаются воедино, но несмотря на пересечения для меня они как-то воедино не слились, более того- иногда мешали. Роман действительно языковой эксперимент, который трудно определить словами. Я несомненно буду его вспоминать и мысленно к нему возвращаться, но скорее к его классическим формам и темам ). Во время прочтения неоднократно всплывали мысли о том, что это "уже было", особенно при прочтении дневника . Но это исключительно моё мнение и восприятие. И при всём этом рекомендую роман прочитать, поскольку он заставляет задуматься , просто, каждого о своём.

0    0

Книга своеобразная, на опытного читателя, при этом читателя современного и подкованного в разного рода литературных приёмах. Иначе читать будет сложно, текст покажется вязким и вялотекущим. Как пример современной новаторской прозы эта книга - шедевр! Захватывает поток сознания, несвязанность фактов, событий, мыслей, их абстрактность, неуловимость и зыбкость. Не стоит искать в этом романе четко выстроенный сюжет со всеми атрибутами классического текста. Ничего не найдёте. Кроме того, интерес читателя могут вызвать факты из жизни нар. артистки России Изабеллы Юрьевой и отрывки из ее дневников. Читайте, не пожалеете!

0    0

Чтобы сделать ленту Мёбиуса обывателю нужно всего-то взять узкую полоску бумаги, изогнуть серпантином один конец да склеить его с другим. Шишкин одной скромной полоской не обошёлся. Взял пятьсот с лишним страниц, среди текста сокрыл место склейки - и вуаля [!] - лента Мёбиуса под видом книги!
Люди, эпохи, смутные мотивы, трепещущие воспоминания, вкрапления известных произведений просачиваются, переходят друг в друга, и всё это живёт, даже то, что давно якобы умерло.
Вот и твою жизнь, статься, уже прожили. Не полностью, но эпизодами, не один человек, а несколько. И те несколько рассеяны по времени: кто-то в 70-х, жуя бутерброд со шпротами, бурчал себе под нос твой монолог, который закрутится у тебя в голове только завтра; ещё один где-то в 2020, подскользнулся на обледенелой тротуарной плитке, как ты сегодня, но не упал, а изящным балетным па вернул себе равновесие (по крайней мере так ему показалось, на деле - махал руками, как подбитая чайка, и крикнул звонко и хрипло, как она же); затем другой..., четвёртый..., пятый..; вот и ты сам живёшь кусочек чужой жизни, той, которой сейчас 8 месяцев, а этот славный кусочек она проживёт только лет в 16.
Поговаривают, что Шишкин отдаёт первенство Слову, не Человеку.
Я чувствую иначе. Суть этого романа - жизнь. Нет жизни твоей, моей, ренегата, властителя, проститутки, у нас одна жизнь, одна на всех. Поэтому, если солдат идёт воевать, он соглашается убивать не противника, а первую учительницу, старенького добряка-соседа, себя, тебя. Наполнить свои дни нужно смехом, любовью, созиданием, чтобы эти светлые моменты неизвестный взял бы себе и прожил. Жизнь же одна на всех! ♥

0    0