Книга: Пятнадцать (Ремез Анна Александровна); Премудрый Сверчок, 2015

Книга была написана Анной Ремез в 2005. Время действия в повести - середина девяностых. Прочитала и поняла, что не хочу туда возвращаться - ни в тот возраст, ни в то время. Очень уж все реалистично вышло у Анны Ремез, я как будто сама прочувствовала переживания и мечты Полины. Но книжка получилась хорошая - честная. Может быть, просто наложились мои не самые веселые впечатления о тех годах.
Книгу предваряет замечательный эпиграф из Марины Бородицкой:
...О там обиды велики,
победы хрупки,
но утешают пустяки:
косынки, юбки.
Там каждый взгляд, что бросил он,
и вздох невнятный
с подругами обговорен
тысячекратно...
Может быть, у меня просто не было такого замечательного нового сарафана, как у Полины? ))) А пока мне ближе оказались две другие книги: одна по времени - "Индийское кино" Сергея Переляева, а другая - по возрасту главной героини - "Моя мама любит художника" Анастасии Малейко.
Но, несмотря на мой выбор, "Пятнадцать" - отличная повесть в отменном полиграфическом качестве и с чудесными карандашными рисунками-набросками Елены Ремизовой. Если у вас дочь этого возраста, покупайте обязательно.

0    0

Добротная подростковая книга. Но мне почему-то кажется, что ближе она будет нам, выросшим в 90-е. Немножко сейчас другие проблемы у молодежи, другой ритм жизни, другие "хотелки". Издана книга на высоте: увеличенный формат, очень плотные страницы, много иллюстраций( если честно, мне они не очень понравились, видимо, не мой стиль))), достаточно крупный шрифт. В общем, читать приятно, но не отпускает мысль, что вряд ли захочу еще раз вернуться к этой книге и вряд ли моя дочь захочет ее читать, а посему обидно, что такое прекрасное оформление досталось одноразовой книжке. ИМХО.

0    0

Девяностые годы, которые вспоминаются многими с дрожью, стали для кого-то временем детства и юности. Юность не близорука и не дальнозорка, она безжалостна в умении видеть правду и называть вещи своими именами. Мир повести Анны Ремез «Пятнадцать», написанной в жанре хроники, именно таков. Под взглядом казалось бы обычной, а на самом деле - ранимой и «слишком правильной» по меркам времени Полины проносятся пейзажи и типажи недавней, не совсем ещё исчерпавшей себя поры.
Бесприютна Русь, увиденная Чичиковым, разъезжающим на тройке. Казалось бы, книжная девочка нового века должна была увидеть её иной – волшебной и преображённой. Но это не так. Закрытые дверцы книжных миров – единственное место, где Полине по-настоящему хорошо, где она может спрятаться. Спрятаться от докучливых продавцов в поездах, от случайно подсмотренных семейных трагедий, от бестолковости домашних посиделок с фотографиями на фоне ковров, от беспросветности провинциального житья, от балующихся травкой ровесников, от первых поцелуев, так не похожих на книжные.
И всё-таки здесь, в этом мире, тоже бывает хорошо. Он вдруг – как огромное небо над казахской степью – раскрывается над головой прекрасной и пугающей бездной. Он пристально смотрит в лицо раскосыми глазами незнакомого мальчика, который вдруг становится роднее многих.
О, эта вечная тоска «правильных» девочек, вечный их призыв к миру: «Растормоши меня, наконец, оживи, сделай настоящей! Коснись – хоть ласково, хоть грубо, но только задень за живое, пригласи меня на танец, поиграй со мной, пригласи меня на танец, МИР!». От чувства собственной несвободы, подчинённости внешним и внутренним правилам, бунтом против которых становится короткая стрижка, у Полины возникает чувство изолированности. Не ощущая себя внутри сюжета, она остаётся наблюдателем, чьим единственным собеседником становится дневник. Кто-то дарит цветы, клянётся в вечной любви на перроне вокзала, кто-то – обыденно и по привычке совершает гадости, но Полина не смеет вмешиваться. «Как ты будешь жить дальше, если всё – и хорошее, и ужасное – проходит мимо тебя?», - спрашивает она себя.
Из куколки, закупоренной в коконе 90-х, может появиться прекрасная бабочка. А может - не появиться. Так пожимает плечами Полина, видя, как превратился из бабочки в гусеницу троюродный брат.
Но путешествие никогда не проходит бесследно. Ожидание счастливых перемен оправдывается: Полина вернётся домой немножко другой и всё-таки осмелится стать частью чьей-то судьбы.

0    0