Книга: Избранное (Вагинов Константин Константинович); Книжный Клуб Книговек, 2015

Константин Вагинов как никто другой описывает Петербург! Наверное, это лучший писатель, который показал, что значила культура для людей рубежа веков (19 и 20, конечно). Античность давно умерла, но герои Вагинова не так просты и узколобы, они пытаются взрастить эту античность и культуру в себе и, по возможности, в своих окружающих.
В этой книге собраны лучшие произведения Вагинова. Начните со стихов или с «Козлиной песни» и вам захочется, это точно, прочитать все его произведения!
+ красивая матовая обложка с портретиком Константина Константиновича, белые и достаточно плотные листы.

0    0

Очень подходящее название для этого сборника. От стихов Вагинова и создается впечатление произнесенных слов, собранных как бы случайно в одной строфе. Современники не могли понять его поэзию. Но признавали за ней талантливое своеобразие. Гумилев, когда Вагинов читал ему стихи, не то что бы хвалил, но как-то односложно одобрял.
Может быть потому, что стихи Вагинова точно также перегружены тяжеловесными нагромождениями, как и "вирши" из первого сборника Гумилева.
Ну и в самом деле, сложно как-то анализировать поэзию Вагинова. Делать выводы в ее пользу или отказывать автору в поэтическом даре. Очевидно, даже 100 лет спустя этому еще не пришло время.
Но одно можно сказать наверняка - автор абсолютно петербургский. Все эти образы - Питер, живой, торжественный, и унылый, мрачный и великолепный...
Помню последнюю ночь в доме покойного детства:
Книги разодраны, лампа лежит на полу.
В улицы я убежал, и медного солнца ресницы
Гулко упали в колкие плечи мои.
Нары, снега. Я в толпе сермяжного войска.
В Польшу налет и перелет на Восток.
О, как сияет китайское мертвое солнце!
Помню, о нем я мечтал в тихие ночи тоски.
Снова на родине я, ем чечевичную кашу.
Моря Балтийского шум, тихая поступь ветров.
Но не откроет мне дверь насурмленная Маша.
Стая белых людей лошадь грызет при Луне.
При случае, поглядите на дом, где жил поэт, зайдите на набережную канала Грибоедова 105. Там он и прожил последние годы своей короткой жизни.

0    0