Записки об Анне Ахматовой: В 3-х томах (Чуковская Лидия Корнеевна); Время, 2007

Несколько лет назад трехтомник Чуковской можно было достать только у букинистов за немалые деньги... И вот в 2007 году его переиздали!
Книга замечательна уже тем, что об Ахматовой пишет не сегодняшний литературовед, не просто современник или человек, который был с ней знаком... Чуковская и Ахматова общались не один день
воздержусь от понятий "дружба", "знакомство", это общение проходит через годы.
В этих интересных книгах можно узнать не только об Ахматовой и людях её круга
в них передается атмосфера времени, "вехи истории" нашей страны.

0    0

Ахматовой так и не повезло с биографами – нет ни одной полноценного жизнеописания этого выдающегося русского поэта XX в. И недавний неудачный опыт, а точнее – полный провал признанного специалиста по творчеству АА – работа С.Коваленко в серии ЖЗЛ – не случаен.
Но, слава Богу, современники оставили множество воспоминаний об АА, и «Записки» Лидии Корнеевны Чуковской – один из лучших (возможно, и лучший) тому пример. Не удивительно, что этот трёхтомник издают и переиздают, и, несмотря на свою немаленькую цену, он находит своих покупателей.
В 1938 г., в очередях у ворот ленинградской тюрьмы сложилась дружба Анны Ахматовой, у которой был арестован сын, и Лидии Чуковской, которой долго не сообщали о судьбе мужа. Вот что писала Чуковская в предисловии к своим Запискам: «С каждым днём, с каждым месяцем мои обрывочные записи становились всё в меньшей степени воспроизведением моей собственной жизни, превращаясь в эпизоды из жизни Анны Ахматовой. Среди окружавшего меня призрачного, фантастического, смутного мира она одна казалась не сном, а явью. К 1940 г. записей о себе я уже не делала почти никогда, об Анне же Андреевне писала всё чаще и чаще». Эта дружба и эти записи сохранялись на протяжении почти 30 лет.
В 1966 г., после кончины Ахматовой Чуковская начала приводить в порядок свои дневниковые записи о ней. “Обозревая весь материал”, Лидия Корнеевна перечитывала не только свои отдельные “ахматовские дневники”, но и “общий дневник”. “Записки” создавались на основе обоих источников, причем записи об Ахматовой дополнялись картинами окружающей жизни тех лет.
В начале работы над "Записками" Чуковская дала перепечатать некоторые страницы своего дневника. Эти записи стали ходить по рукам. В 1969 г. умер Корней Иванович, и вскоре имя Чуковской было запрещено упоминать в печати — в отместку за ее активную общественную позицию. В 1974 г. она была исключена из Союза писателей СССР. Это сделало невозможным какое бы то ни было печатание в СССР, и в том числе участие в посмертных публикациях стихотворений АА. Огромная работа Чуковской по подготовке ахматовского сборника для Лениздата вышла под другим именем. После смерти акад. Жирмунского все ссылки на полученные от нее сведениях о датах, посвящениях и вариантах были устранены из ахматовского тома в Большой серии “Библиотеки поэта". Лидия Корнеевна тогда решила, чтобы отстоять свое авторство, издать книгу за рубежом. «Записки» вышли в Париже в издательстве «YMCA-Press»: том 1 — в 1976 г., том 2 — в 1980 г.
Распространение рукописи “Записок” в Самиздате и их последующее парижское издание поставило Чуковскую перед проблемой. Ее имя на Родине оставалось запрещенным, а некоторые профессиональные литераторы начали использовать “Записки” без ссылок на автора, выдавая авторские мысли о творчестве Ахматовой или суждения Ахматовой в записи Чуковской — за свои мысли или свои воспоминания. Это, как и изменившаяся ситуация на Родине, привело Чуковскую к подготовке отечественного издания.
В 1989-93 гг. оба тома были напечатаны в журнале «Нева». Отдельной книгой в России при жизни автора вышел только первый том. Издательство "Согласие", с которым сотрудничает дочь и правопреемница Л.К. Чуковской Елена Чуковская, заметно расширило классический текст "Записок". В первом томе были впервые помещены - это примерно треть тома - "Ташкентские тетради". Они хранились в архиве автора в виде рукописи, с ними никто не знакомился, и они впервые вышли к читателю.
Даже наши далёкие от истинной литературы власти оценили этот – воистину – подвиг Чуковской. В 1995 г. Государственная премия по литературе за 1994 г. была вручена Б. Ельциным Л.К. Чуковской за её “Записки”, за полгода до её смерти. Решение Комиссии по Госпремиям было достаточно нестандартным. Впервые литературную премию получил дневник, т.е. по жанру — не литературное произведение, а, как всегда заявляла Чуковская, подённая документальная запись событий. В послесловии к 1-му тому “Записок" Чуковская настаивает на абсолютной документальности своих записей: “Первое, что я делала после очередной встречи с Анной Андреевной — иногда в метро, иногда в библиотеке или дома: записывала реплики и монологи незамедлительно. Книгу мою об Ахматовой принято называть — в печати и устно — воспоминаниями. Я уважаю мемуары, но никаких мемуаров об Анне Ахматовой никогда не писала. Можно ли называть воспоминаниями то, что положено на бумагу не через долгие годы или даже десятилетия, а немедля?» С последним, правда, согласны не все.
Проблема (именно проблема, поскольку Чуковскую упрекали в необъективности) заключается в том, что в немалой части это произведение носит отнюдь не документальный характер. Так, Ан. Найман, один из персонажей 3-го тома “Записок”, в статье “ААА через 33 года” писал: “Вскоре после смерти Ахматовой Чуковская стала переводить дневниковые записи о ней в машинопись, попутно расшифровывая те заметки, что были сделаны не для чужих глаз или наспех, комментируя их и нагружая содержанием, прятавшимся в момент записи и открывавшимся в продолжение последующих лет”. Ещё более определённо высказался на эту тему один из исследователей жизни и творчества Ахматовой Мих. Кралин в книге “Победившее смерть слово”: “…Не надо забывать, что “Записки” Л.К. Чуковской — отнюдь не просто дневники. Это публицистика, и притом публицистика тенденциозная. По зашифрованным, конспективным отрывкам Лидия Корнеевна десятилетия спустя расшивала канву своих разговоров с Ахматовой. Сказанное не умаляет, а лишь объясняет достоинства “Записок”. Они и в таком виде служат ценным материалом для истории”.
Так и есть: в тексте “Записок”, помимо малоизвестных страниц из жизни АА, на которых явлен совершенно неканонический образ поэта и человека, перед нами встаёт ещё и своеобразный литературный памятник определённому умонастроению, носителем которого была Л. Чуковская. Можно сказать, что у этой книги два героя и два автора – это и АА, и Чуковская. Они обе достойны этого памятника.

0    0

Стыдно сказать, меня даже не столько поэзия Ахматовой привлекает, сколько удовольствие заочно находиться в компании умнейших женщин своего времени, следить за их диалогами, рассуждениями о литературе, выискивать с их подачи новое чтение, открывать для себя поэзию. Сама Лидия Чуковская мне глубоко симпатична - честная, цельная натура, талантливый автор, редактор, преданнейший почитатель творчества Ахматовой. Читала с большим удовольствием, такие книги должны быть дома и ждать своих следующих читателей.

0    0